generated_thumbnail.jpegЛетом прошлого года отечественные и зарубежные СМИ опубликовали сенсационное сообщение об открытии узбекскими астрономами новой малой планеты, которой присвоено имя Самарканд. Одним из авторов этого открытия был молодой ученый Астрономического института Академии наук Узбекистана Баходир Хафизов.

Увидеться с ним не так просто – он живет в Кашкадарье и работает в Майданакской обсерватории. Но на днях, будучи в Ташкенте после командировки в Японию, он нашел время встретиться с корреспондентом газеты «Народное слово» Ильдаром Мударисовым и ответить на его вопросы.

— А как вы стали астрономом?
— Эта древняя и удивительная наука увлекла меня еще в десятом классе. Учительница так интересно и доходчиво вела этот предмет, что я его сразу полюбил. Ежедневно вглядывался в ночное небо, находил там известные планеты и созвездия, думал о тайне зарождении звезд и о том, что некоторых уже нет, а их свет еще доходит до нас. Бесконечность космоса завораживала, а дальние неведомые галактики притягивали необычайно.
В 2001 году закончил Ташкентский университет информационных технологий, а через два года осуществилась моя юношеская мечта: поступил на работу в Майданакскую обсерваторию.

— Почему вы хотели именно сюда?
— Я родился и вырос в Китабе, оттуда до обсерватории рукой подать. Расположена она в отрогах Алайского хребта, по качеству обзора небесных тел является лучшей в мире. Здесь самые благоприятные условия для астрономических наблюдений, современное высокочувствительное оборудование, позволяющее вести глубокие научные исследования. Десятки телескопов на Майданаке в каждую ясную ночь, а их в Узбекистане более 220 в году, принимают сигналы далеких небесных объектов. И трудиться здесь — это честь, а астроном, согласитесь, звучит романтично и престижно.

— В чем обязанности современного астронома?
— Моя должность называется наблюдатель, точнее, инженер-наблюдатель. Я слежу за ночным звездным небом. Многие не совсем верно представляют этот процесс, полагая, что астрономы смотрят непосредственно в телескоп. Нет, сейчас все по-другому, и то, что «видит» телескоп, проецируется на монитор компьютера, за которым я сижу.
Работаю ночью, а днем отсыпаюсь. Особенность астрономии в том, что нельзя что-то отложить на завтра или сделать в другое время. Понимаете, невозможно остановить мгновение, а каждое мгновение звездного неба неповторимо, и то, что ты пропустишь сегодня, уже не увидишь никогда. Прошлым летом, например, приходилось и дневать и ночевать в обсерватории, дома меня видели крайне редко.

— Мне не терпится задать вам самый главный вопрос: как же это произошло, как вы открыли малую планету?
— В одну из октябрьских ночей 2007 года проводили с моим коллегой Алексеем Сергеевым плановые наблюдения за переменными звездами. И вдруг на экране компьютера, соединенного с главным телескопом Майданакской обсерватории АЗТ-22, увидели слабый объект, перемещающийся на фоне неподвижных звезд. Мы определили его координаты…

— Вам не хотелось в тот момент крикнуть: «Эврика»?
— Нет. Ведь это могло быть что угодно — спутник, известный астероид… Чувства, что мы совершили открытие, тогда не было и в помине. Нами владело лишь одно желание — не упустить! Поэтому следующей ночью мы стали наблюдать тот же участок неба. Когда вновь увидели эту движущуюся точку, она показалась нам бесконечно родной.
Несколько ночей понадобилось для вычисления предварительной орбиты этого небесного объекта. Данные были направлены в Центр малых планет, расположенный в Гарварде (США). И, к нашей огромной радости, вскоре оттуда пришел ответ, что он до этого никем не был обнаружен. Но до окончательного открытия требовались длительные исследования. На это ушло еще два года без преувеличения самозабвенной, очень трудоемкой работы.

Практически каждую ночь в течение двух лет я наблюдал за «своей» звездочкой, записывал ее координаты, отправляя данные в Ташкент, своим коллегам из Астрономического института. Там они обрабатывались, делались необходимые довольно сложные вычисления, которые направлялись в Центр малых планет. И только в 2009 году было окончательно установлено, что это новая малая планета, которую никто до нас не видел! По предложению нашего Президента она названа Самаркандом.

— Что представляют собой малые планеты и почему их изучение настолько важно?
— Между орбитами Марса и Юпитера есть пояс астероидов, где вращаются тысячи малых планет. Это твердые космические тела (камни), состоящие из железа и других химических соединений. Их изучение представляет огромную научную ценность, поскольку вещество астероидов в отличие от вещества планет сохранилось таким, каким оно было на заре образования Солнечной системы. То есть благодаря изучению малых планет мы можем разгадать тайны мироздания…

Важен и другой аспект. Во время движения астероиды часто сталкиваются между собой, их орбиты непредсказуемо меняются. И часть из них может представлять угрозу для нашей цивилизации вследствие возможного столкновения с Землей.

Развитыми странами мира созданы службы космической охраны — для непрерывного мониторинга астероидов. К этой архиважной работе сейчас подключаются и узбекские астрономы.
— Надеюсь, столкновение с «Самаркандом» Земле не грозит?
— Ни в коем случае, в число потенциально опасных астероидов он не входит. К тому же он, предположительно, такой маленький, что, долети даже до нашей Земли, столкновение с ним совершенно «безболезненно».
— Ваша жизнь после открытия изменилась?
— Разве что работы прибавилось. Изучаю английский язык, начал трудиться над кандидатской диссертацией.

Вместе с другими молодыми учеными нашего института получил приглашение в Японию, где в течение трех недель знакомился с опытом работы японских астрономов, побывал в их обсерваториях. Намечается и их ответный визит в Узбекистан, в том числе на Майданак. Благодаря установившимся тесным контактам астрономов наших двух стран мы можем перенять у них много полезного и прогрессивного.
— Какие сейчас у вас планы? Не хочется открыть, например, большую планету или звезду?
— Перефразируя известное выражение, можно сказать, что плох тот астроном, который не мечтает открыть звезду. Если в Солнечной системе все большие планеты известны каждому школьнику, то вокруг звезд есть такие, которые нам еще предстоит открыть.

Но это мечта, это непокоренная вершина, к которой, бесспорно, надо стремиться. Но и в повседневной жизни, в частности у нас на Майданаке, ведутся научные исследования, которые являются самым передовым рубежом современной астрономии. Например, мы изучаем звезды, возраст которых всего-навсего десяток миллионов лет. Это все равно что возраст младенца. Данные исследования помогут понять процессы эволюции звезд.

В нашей обсерватории изучается пепельный свет Луны, что дает самый точный метод измерения глобальной температуры Земли. Благодаря Майданаку узбекские астрономы также успешно изучают далекие космические объекты – галактики и квазары, эффективно осуществляют поиск опасных астероидов, контроль космического «мусора» и многое другое. Участвовать в этих удивительных и дерзновенных научных исследованиях — огромное счастье.

12.uz